Дочь Великого Булгара,
В пол луны поднявши бровь,
Данным предками ей даром
Исцеляет взглядом кровь.

Что-то ласковое шепчет
Злым помощницам своим.
Колдовские эти речи
Сном становятся моим.

Пирамид я вижу груды:
Иероглифом живым
Пишут свой рецепт гируды
Над правителем больным.

Их следы – на древних фресках –
Повествуют о былом.
Эскулапы шлют нам вести
Строгим греческим письмом.

Вязью, но уже арабской
Пляшут шустрые зверьки,
Радуя восточной сказкой
Все земные уголки.

Караванными путями,
Через скифов и хазар,
С верой новой и вестями
Их купец принес в Булгар.

Ночью в караван-сарае
В круге знаний у огня
Под мелодии курая,
Души страхом леденя.

Он показывал сосуды
С резвой живностью, затем
Говорил, что это чудо –
Юных девственниц гарем.

Превратились в божьих тварей
Эти девы оттого,
Что душой не отдавались
Зовам сердца своего.

Заколдованные жрицы,
Обделенные в любви,
Чтоб от чар освободиться,
Нас целуют до крови.

Страсти, сотню лет голодной,
Отдаются не спеша.
Ждет их смерть, но все ж свободной
Вознесется их душа.

Ну, а сами, жизнь теряя.
Задним лишь умом крепки:
Перед войнами гуляем
«Про последние деньки…»

Почему грустна так осень
С поздней красотой своей,
Ведь уже ты не попросишь
У природы жарких дней.

Нас красавицы кусают,
Не познав иных утех,
Своей смертью искупая
Наш какой-то давний грех.

Изливают на прощанье
В нас целебный гирудин –
Это чудо врачеванья, –
Сказ закончил Аладдин….

Просыпаюсь с новым телом.
В жилах – пламени игра.
Надо мной – в халате белом
Милосердия сестра.

В окна солнце светит ярко,
И в душе – надежды свет.
Узнаю тебя, Булгарка,
Здравствуй – через тыщу лет!